Прайм-тайм

Это лишь одна маленькая часть одной маленькой девочки.

Прайм-тайм

Длинный жирный указательный палец и согнутый большой палец оттягивают губы крошечной лишенной растительности вагины, открывая ее, чтобы оценить, насколько она может растянуться и как это будет выглядеть. Пальцы проталкиваются в тугую плоть настолько, насколько она позволяет. Во влагалище сухо. Ни снаружи, ни внутри нет следов спермы, как нет и естественной смазки, поскольку дитю явно было очень далеко до полового созревания. В таком положении и исследуются повреждения, нанесенные детскому органу. В таком положении ищут недавние внутренние царапины, или отметины злобных укусов, или бледно-красные следы, оставленные слишком большим членом взрослого мужчины, или пальцем, или деревянным инструментом, или обычным пластиковым дилдо, засунутым слишком глубоко, слишком быстро, слишком внезапно, слишком беззаботно в крошечное пространство за едва сформировавшейся, едва сложившейся, туго зажатой щелкой.

Пальцы раскроют влагалище малышки, чтобы можно было определить, что туда легко проходит, а что нет, и строить догадки о том, какие повреждения были бы нанесены в случае того или иного предмета, какой след он бы оставил. Чтобы можно было предугадать гнев общественности, а также арест и пожизненный приговор, который получит убивший и изнасиловавший ребенка. И подумать о том, стоит ли она того. Малюсенькая пизда, прилагающаяся к малюсенькому ротику, и плоской плоти, растянутой на хрупких косточках, и румянцу, и играм, и слезам, и глазкам.

ОНО никогда не было невинным. Если только невинность не обозначает тупость. ОНО едва ли было человеком. Слишком мало лет. И нет никакой необходимости вкручивать своего поросенка во что-то нереальное: внутри той гибельно спланированной дырочки можно найти все те мелочи, что вырастут и обратятся в чудесные возможности женственности, и материнства, и великих свершений, и сестринского чувства. Все это уже там. ОНО было раскрашено правилами и руководствами своих отсутствующих родителей и превращалось в них со скоростью растущей раковой опухоли.

Не имеет никакого значения, какими они были родителями. Теми ли, что не окружали дите достаточным количеством тепла, теми ли, что не заботились о том, закрыты ли двери дома на ночь. Или же теми, кто готовы продать все, до чего только дотягиваются руки, чтобы получить деньги сию минуту и прикупить немного крэка, героина, а может и газировки с чипсами.

Влагалище так мало. И все еще так охуительно зажато, что зачаточная матка в глубине – лишь маленькая деталь правды о чьей-то жестокости. Тело не завершено. Природа приостановлена. Изменения только начинались, и плоть скорее готова продемонстрировать нанесенный ей ущерб, чем свои перспективы.

Человек, делавший снимок – заполнивший кадр только пальцами и детской щелью, - был, должно быть, больше заинтересован в преступлении, нежели в аутопсии. Деталей совсем не видно. Фотография зафиксировала скорее исполненный рукой акт, а не многообещающие секреты занимательной детской вагины. Хотя снимок может быть идеальным отражением и того и другого; о жестокости замысла явственно говорит тот факт, что в опубликованной репродукции СТОЛЬКО пальца, СТОЛЬКО действия. Однако длина этих старых и скрюченных пальцев возможно служит для определения размера такой крохотной по отношению к ним, такой юной пизды. Ниже важной для педофилов отметки в десять лет. А еще возможнее то, что в тот момент, когда был сделан этот снимок, в комнате было не два человека. В гостиничном номере. Что было бы наилучшим вариантом. Один насильник со стоящим хуем держит маленькую орущую связанную изолентой подопытную крысу для ебли, растягивает ее извивающуюся детскую пизду настолько, насколько вообще позволяет плоть, между двумя грязными пахнущими ее кишками пальцами, а тем временем другой мудак сидит напротив потного изнасилования и делает столько снимков, сколько сможет, до того как ему самому понадобится сунуть в нее пальцы перед тем, как она умрет или перестанет плакать.

Держи ее.
Крепче. Откинь ей голову.

Один хер у ее детских ножек, другой – у ее детской светловолосой головки; два голых ленивых урода с взрослыми налитыми кровью гениталиями, и морщинами, и пятнами, и бородавками по всему телу возвышаются, смеются, измываются над крохотной четырех-, пяти, шестилетней девочкой, которой уже не вырасти.

Одна рука растягивает влагалище до тех пор, пока не начинают рваться внутренние стенки, настолько, насколько розовая плоть делает это возможным без порчи улики. Другая рука держит ее запястья, они неприятно трутся друг о друга между пятью непреклонно сжимающими пальцами. Его хуй трясется и оттопыривается прямо у нее перед глазами, сжигая ее мозг, и механизмы отрицания, и память. Еще одна пара рук поощряет позицию. Мастурбирует трет пихает и проворно щелкает маленькой камерой из пластика и металла вроде той, которой мамочка и папочка снимали на праздниках и театральных представлениях.

Другой вариант: одна рука на отвратительно чистой пизде голой очаровашки, другая держит камеру. Может, он усадил ее перед собой так, чтобы его зондирующая рука могла быть согнута в локте. Его голова наклонена, он смотрит на свою работу. Может, он уложил ее под собой, его жир, и волосатые яйца, и пугающий пенис болтаются туда-сюда над ее детским личиком. Кончик толстого качающегося хуя блестит от сочащихся мерзких капелек спермы. По прихоти матери природы он готов намочить любую дырку независимо от ее предназначения или свойств.

Когда-нибудь мастурбировали с детской порнографией?

Так, как должно? По причине, по которой ее создают? Сложность ее приобретения, опасности, связанные с самим фактом обладания ей, отвращение, которое необходимо преодолеть, чтобы прийти к одному маленькому, едва осознаваемому желанию.

Со сраным журналом. С профессионально создаваемым и тиражируемым продуктом вроде европейского INCEST 4. Того самого, что изъяла у меня полиция.

Или с помощью видео. Или пятиминутных восьмимиллиметровых фильмов. Так я и делал, когда был намного моложе. Покупал их у педика-педофила в его подвальчике в Чикаго. С ним я познакомился в ходе преследования совершенно иных форм развлечения.

“Статья II-20.1 (a) (2) наделяет преступным статусом простое обладание детской порнографией. Штат заявляет, что этот закон является обоснованной попыткой Штата защитить детей, запрещая частное владение детской порнографией. Штат настаивает, что его заинтересованность в защите детей имеет приоритет выше, чем право подзащитного на неприкосновенность личной жизни в пределах своего жилища. Штат утверждает, что основанием для этого является тот факт, что ценность порнографии малозначительна.”

Это лишь одна маленькая часть одной маленькой девочки. Высококонтрастный черно-белый снимок сделан при максимальном приближении. И если бы она не выглядела такой крошечной в сравнении с толстыми пальцами и такой жестко болезненно открыто растянутой, можно было бы утверждать, что она может принадлежать кому угодно. Например, это могла бы быть вполне легальная взрослая плоть, бритая, и подстриженная, и омоложенная своей владелицей-порнозвездой. Но этот снимок. В своей жестокости. Недвусмысленен.

Она помещена в самой середине тоненького журнала размером 8x10 дюймов, посвященному исключительно детской порнографии. На всех остальных фотографиях возраст и намерения очевидны, кроме того, в них, пожалуй и к сожалению, меньше насилия. Меньше жестокости. Меньше откровенности. Но в контексте, в котором крупные планы оживляют более традиционные действия и преступления, а не наоборот, весь журнальчик сдвигается в сторону садизма и уходит от веселья.

Черно-белые снимки маленькой девочки, раздевающейся на переднем сиденье машины. Раздвигающей ноги и улыбающейся, в то время как фотограф ловит в кадр ее безволосую щелку и наигранную порочность. На колени. Голову выше. Откинь волосы назад.

Крохотную малышку держат вверх ногами. Нежные плечики дитя зажаты между двумя длинными волосатыми и мясистыми руками, крошечное влагалище растянуто уродливым толстым вялым членом держащего ее зверя, ее чуть-чуть и пенетрация станет смертельной. Это даже еще не девочка. Слишком юная, чтобы знать хоть что-то. Слишком юная, чтобы принимать в себя хоть что-то. И ей еще очень далеко до возраста, пригодного для ебли, хотя бы и не в этой конкретной позиции, если только покупатели вроде меня не заинтересованы в первую очередь в приобретении мерзости, удостоверяющей смерть и боль. Лично я хотел бы увидеть голову этой малышки прибитой к блядской доске. Когда фрустрация проходит путь от хуя до чашки чая.

Тощие короткие ручки светловолосой девочки неуклюже опираются на кушетку, а какой-то педофил сует ей в рот свой возбужденный хер.

На следующей странице приведен крупный план той же сцены через минуту или около того. Девочка отодвинулась. Но. Ее язычок тянется к его члену, его розовый кончик проникает в самую дырку, а одна из ее костлявых рук пытается охватить его жирные яйца так, как он ей велел.

Это то, чем я занимаюсь.
Это то, что я помню.
Это имена, что я даю маленьким пиздам и хуям, которые видел в журналах, и на пленках, и на слайдах, до которых домогались способами, о которых мне поведали феминистки, психиатры, социологи, репортеры, полицейские, жертвы, родители и педофилы.

В особенности.
ЖанБене Рэмси.

1. О ЧЕМ ТЫ ДУМАЕШЬ, КОГДА ДРОЧИШЬ?

Маленькая девочка с длинными черными вьющимися волосами до плеч и большими карими глазами смотрит в камеру, в которую ей сказали смотреть, и медленно поет песенку-считалочку. На ней ситцевое платьице в сельском стиле, она стоит в теплой комнате в сельском стиле, которая, вне сомнения, является частью большого и безопасного дома в сельском стиле из дерева и кирпича.

Оператор приближается к ней, пока она поет, и к концу ролика я вижу лишь ее мягкие белые щечки, и детский ротик с надутыми губками, и маленький носик, и большие глазки, и все это обрамлено мягкими черными волосами. Однако по мере того, как маленькое спокойное личико увеличивается и приближается, нижняя часть рамки экрана все назойливей лезет вверх. Превосходно. Потому что на ней отражается то, что делает эту маленькую, лет, может быть, шести темноволосую девочку намного более выдающейся, чем любой другой обычный предмет внимания педофила-дегенерата:

“Это Кэйт
Ее отчим принуждает ее заниматься с ним сексом
Он говорит, что сделает ее маме больно,
Если она расскажет”

У нее миленькие белые зубки, и в конце ролика она улыбается, чтобы показать их. “1-800-4-A-CHILD. ПОМОЩЬ ДЕТЯМ АМЕРИКИ. ЗВОНИТЕ.”

Джеральдо Ривера был настолько любезен, что включил этот и множество прочих роликов социальной рекламы, касающихся сексуального домогательства до детей, в эпизод своего дневного ток-шоу под названием “Вскрывая последнее табу”.

Выпустив его в эфир где-то через семь месяцев после убийства ЖанБене Рэмси, Джеральдо использовал дело ЖанБене для того, чтобы обратить внимание общественности на необходимость понимания того, каким бедствием являются для детей сексуальные домогательства и, хмм, очевидно, убийства.

Джеральдо объяснил свои намерения в самом начале шоу: “Я считаю, что единственным способом отменить последнее табу является его вскрытие.” Ему вторила его особый гость Мэрилин Ван Дербур Атлер: “Нам ничего не удастся изменить до той поры, пока мы не сможем понять.”

Мэрилин – морщинистая, странным образом подтянутая, со вкусом одетая, важно выглядящая, седая, старая бывшая Мисс Америка, которая в качестве “консультанта обвинения в деле ЖанБене” появлялась в бесчисленных ток-шоу на телевидении и по радио, а также в программах новостей, и описывала то, что ей самой приходилось испытывать с пятилетнего возраста от своего отца-миллионера. Каждый раз она говорит о помощи, которую она смогла оказать при расследовании убийства ЖанБене, поскольку сама являлась моделью и жертвой инцеста.

Возможно, она также служит напоминанием о том, во что вырастают богатенькие балованные подвергающиеся домогательствам куколки Барби, если им удается перешагнуть за шестилетний рубеж.

2. КАК ЧАСТО ТЫ ИГРАЕШЬ САМ С СОБОЙ?

Каждую неделю после смерти ЖанБене вызревает очередной урожай таблоидов со снимком маленькой девочки в макияже, помещенным на обложку. The Globe, один из четырех ведущих таблоидов, воистину последователен. В каждом еженедельном выпуске на протяжении почти трех лет в нем размещают материал о маленькой куколке с ярко накрашенными губками, сдобренный фотографиями.

Каждую неделю я трусь у газетной стойки и покупаю таблоиды со статьями о ней и ее фотографиями. Их можно найти где угодно. Я вырезаю снимки, изучаю содержание статей, а затем раскладываю их по отдельным папкам. Я научился быстро извлекать ЖанБене из ее стандартного окружения, состоящего из чуши про знаменитостей, и помещать ее в свою особую среду. В которой я использую ее в качестве порнографии.

Мэрилин Ван Дербур Атлер: “Средний возраст ребенка, впервые подвергшегося насилию, - шесть лет.”

Джеральдо Ривера: “Правда? Столько и есть ЖанБене Рэмси. Столько и было.”

3. КТО НАУЧИЛ ТЕБЯ ДРОЧИТЬ?

Четырнадцатилетняя Кэндэс, ученица седьмого класса, которой Джеральдо дал возможность рассказать свою историю, хочет прочитать своему отцу стихотворение.

“Сделанное тобою вспять мне не обратить.
Все те разы… Не могу о тебе позабыть.
Чувствую себя такой грязной, хоть и чиста.
Я принимаю ванну, но словно клей вода.
Ты обесчестил меня; как же ты мог.
Я была просто невинным дитем, не знавшим стыда.”

Джеральдо говорит ей: “Это было восхитительно. Просто восхитительно.”

В конце шоу он дает Кэндэс еще одну минуту на то, чтобы она могла передать сообщение своему отцу. Джеральдо просит ее смотреть прямо в камеру. И Кэндэс рассказывает оператору о том, что у нее теперь есть друзья и что они придут ей на помощь, если он – отец, объектив – снова попробует дотронуться до нее или кого-либо еще:

“У тебя ни [писк] не останется.”

Пристойность, которая пропитывает подобные жестокие признания и, что более важно, благородные стремления выявлять такую жестокость, - это то, что все мы - и педофилы, и мстители – быстро научились обходить. Ужасающий смысл доходит до нас по проводам, и в мозгу жарко пылают детали, миновавшие ухо.

4. КАКОЙ СЕКС ТЫ ПРЕДПОЧИТАЕШЬ?

Маленькая ЖанБене в замедленной съемке дефилирует по подиуму в ходе одного из своих показов в духе Маленькая Мисс Красота. Ее детское личико накрашено так, как накрасилась бы ее мать. Помада на ее губках несет такой заряд секса, который она еще не понимает и уже никогда не поймет. На фоне съемок этого маленького накрашенного мешка с костями и поучениями звучит запинающийся голос, записанный на телефонной линии. Взрослый. Женский.

“Мой дед домогался до меня с тех пор, как я себя помню, до того времени, когда мне исполнилось 13. Я никогда никому не рассказывала.”

“Я всегда жаждала внимания, потому что думала, что больше ни для чего не гожусь.”

Выясняется, что “Энн” позвонила в шоу Geraldo, чтобы предложить свои мысли, личные откровения и выразить свое беспокойство недавней передачей о ЖанБене. “Энн” желала дать шоу Geraldo знать, что она думает, что кто-то должен проверить “всех мужчин в жизни ЖанБене”, а особенно Джона Рэмси, потому что “это и правда волнует меня.”

На смену съемкам ЖанБене, демонстрирующей свои детские прелести, приходит крупный план “Энн” 29-ти лет отроду, сидящей в кресле гостя рядом с 14-тилетней Кэндэс и рыдающей навзрыд. Джеральдо был так тронут ее исповедью в своей боли, что дал ее возможность рассказать об этом людям вживую на своем шоу вместо того, чтобы плакаться продюсерам на записываемой телефонной линии. Рассказать о себе. И о других вроде себя. О ЖанБене. Только все еще живых.

И, как выяснилось, “Энн”, хоть и не являлась королевой красоты, была неудачливой артисткой, которая могла сваливать вину за собственную жажду славы на то, что пришлось пережить ей в детстве.

Становятся привычными неверные параллели, которые те, кому пришлось пройти через сексуальные домогательства в детстве, проводят с тем, что, я надеюсь, выстрадала маленькая ЖанБене. Почему-то это становится более приемлемым, когда детали тут же сопоставляют или, что еще лучше, их зачитывают на фоне съемок показа.

5. ОПИШИ ТОТ ПЕРВЫЙ РАЗ, КОГДА ТЫ КОГО-ТО ВЫЕБАЛ.

Роуз Уэст сядет на диване напротив своего мужа Фрэда с широко раздвинутыми ногами. Погляди-ка на это, скажет она, привлекая внимание мужа к своей раскрытой пизде. Готова поспорить, ты хотел бы, чтобы у тебя было чем ее заполнить, скажет она, или что-то в этом роде. И Фреду это понравится. Это их старая шутка. Его жена проводит большую часть своего дня под чередой ниггеров в поисках все больших хуев.

Был у них один альбом с фотографиями, один из многих подобных альбомов и видеофильмов, посвященных их личной преданности делу сексуального документализма. Этот конкретный альбом был выделен под снимки манды Роуз в различных стадиях открытости и ебабельности.

Для этого пизды и нужны, так ведь.

И не обязательно кончать от сидения на звериных размеров хуях черномазых, так ведь.

Потому что эти бляди быстро стареют. Так ведь. Все эти старые клячи, увядающая обвисающая измученная плоть, и следы от прыщей, и оспины, и ямки, с возрастом превращаются в складчатые и обвисшие пласты, тела вокруг которых все еще исполнены неким чувством достоинства, стараются, и улыбаются, и прихорашиваются, и наряжаются так, как они делали это, когда еще были упругими в восемнадцать, еще более упругими в четырнадцать. И они все равно этого не понимают. Так ведь.

В обзоре из AVN (The Adult Video News) на видео Дэби - Глубокая Глотка не описывается и половина того, что происходит по ходу этого 74-хминутного любительского порнофильма:

“Фабула этого видео из четырех сцен проста: несколько минут Дэби отсасывает у чернокожего мужчины с большим членом, затем он ебет ее во множестве позиций и кончает ей на лицо. Секс неплох, но пара так решительно настроена демонстрацию удовольствия, которое они получают друг от друга, что муженек выходит из-за камеры и, как циклевальная машина, широкими кругами слизывая сперму с ее лица и груди.”

Дэби – покрытый оспинами череп на иссохшем теле, маргинальная блядь средних лет, сидящая на крэке. Ее жопа пестра от целлюлита, а ее неуклюжее тело – сплошные кожа да кости, даже ее титьки мешками свисают под весом огромных коричневых сосков и множества потускневших татуировок.

Впечатление рецензента таково:

“На протяжении всего фильма действие сохраняет один и тот же ритм, операторская работа хороша, а участники полны энтузиазма.”

А вот мое: потрепанная шлюха отсасывает у толстых ниггеров, и вполне возможно, что ей еще больше нравится ее работа из-за того, что ее муженек отрывается, высасывая сперму черномазых из ее растянутой пизды и слизывая ее с ее серого лица.

6. НАЗОВИ ЛУЧШЕЕ МЕСТО ИЗ ВСЕХ, В КОТОРЫХ ТЫ ЗАНИМАЛСЯ СЕКСОМ.

Больше всего мне нравится слово “маленькая”. Мне нравится, как безымянные и/или пресыщенные люди при исполнении своих обязанностей прикрепляют его к определенным именам в определенных случаях.

В ролике, непосредственно предшествующем первому шоу из тех, что Гордон Эллиот посвятил делу об убийстве ЖанБене, на фоне снимка маленького по взрослому накрашенного личика шестилетки высвечивалась надпись “ЧТО ПРОИЗОШЛО С МАЛЕНЬКОЙ ЖАНБЕНЕ РЭМСИ”.

Само шоу содержало в себе еще один приятный сюрприз. Вскрытие маленького тела маленькой ЖанБене проводил особый изысканный гость Гордона Марк Клаас. Нет лучшего способа выебать маленького ребенка, чем позволить его родителям выебать его за тебя. И нет лучшего способа смотреть на выебанного ребенка, чем смотреть на того, кто знает, как нужно продолжать еблю. На того, кто знает, что происходит, и как это происходит, и как это выглядит, и как это звучит, когда он открывает свою пасть, чтобы изречь слова, которые лишь он может подобрать с такой тщательностью.

Марк Клаас пришел, чтобы в подробностях рассказать о своем деле. Деле, которому он посвятил свою новую жизнь после того, как его дочь ушла из жизни. Ему служит и фонд, которым он с женой управляет из дома, и постоянные походы по ток-шоу, используемые для просвещения телезрителей в отношении лучшего способа защиты своих детей.

“Обвиняемый снял свою рубашку, открыл упаковку с презервативом и натянул его на свой пенис. Затем он подобрал сорочку жертвы ей подмышки и задрал ее белую мини-юбку выше талии. Неизвестно, произошла ли у обвиняемого эякуляция: тело жертвы разложилось до такой степени, что проведение судебной экспертизы было невозможным; сперма, которая могла остаться на презервативе, была, возможно, смыта осадками; во время полицейского допроса обвиняемый лишь сказал: ’Вы, ребята, скоро это выясните.’”

7. ТЕБЕ БОЛЬШЕ НРАВИТСЯ, КОГДА ТЫ ВСТАВЛЯЕШЬ ХУЙ ИЛИ КОГДА ТЕБЕ ВСТАВЛЯЮТ?

Лучший способ мастурбировать – использовать чью-нибудь голову. Педика, который не упустит ни одного хуя не отсосав его, черномазой шлюхи-алкоголички, а может и наркоманки, которая не упустит ни одного хуя не отсосав его. По принуждению, ради секса, за деньги, за наркотики и выпивку, потому что дома нищета, потому что не может быть ничего лучше.

Некоторые пидорасы, стоящие на коленях в будках для пип-шоу, наденут тебе на хер гандон. Они засунут руку в задний карман и спросят, не возражаешь ли ты. От черножопой бляди, не использующей презервативы, легко можно что-нибудь подцепить, как и от большинства педиков, зарабатывающий на жизнь, подставляя свои жопы. Некоторые из них надеются, что нельзя заразиться, сося хуй, и трясут медицинскими данными о трещинах в мембране и желудочном соке, а для гарантии колют себе пенициллин. Некоторые черные потаскушки и рады бы передать тебе ВИЧ, только все равно не хотят допустить, чтобы у них во рту побывала сперма белой мрази.

“Положение тела, а также предыдущие преступления Дэвиса и развернутый презерватив, найденный на Питиан-Роуд, позволили следователям предположить, что перед смертью Полли изнасиловали или, по меньшей мере, домогались до нее.”

Пришлось ли 12-тилетней дочери Марка Полли в свои последние минуты наблюдать за тем, как толстые сальные пальцы натягивают презерватив на толстый сальный член? Этого мы никогда не узнаем – по крайней мере, до тех пор, пока мы и Марк Клаас не сможем довериться рассказу Ричарда Алена Дэвиса.

Мистер Клаас выражает свое сочувствие мистеру и миссис Рэмси:

“Эти люди пребывают в наихудшем эмоциональном состоянии из всех возможных. Они сейчас там, откуда многим не удается выбраться. Они в темной комнате и ищут из нее выход. А иногда люди его не находят.”

Но мистер Клаас полагает себя добродетельней, нежели новейшие знаменитые родители убитого ребенка:

“Я считаю, что это своего рода психологическое растление детей. Я так думаю. Шестилетки не должны сексуально провоцировать.”

Теплый рот и техника языка, или мощно засасывающие челюсти, или чем там еще может похвастаться животное на мокром конце вашего хуя сводится почти на нет тугим латексом, покрывающим ваш стояк. Что замечательно. Приходится смотреть вниз, чтобы видеть, что ты чувствуешь. Их колени в грязи, их неспособность делать что-то еще, их оспины и исколотые вены, их 12-тилетнее лицо, оставившее кошмарные пятна от макияжа на капюшоне, накинутом на голову.

Гордон Эллиот продолжает вытягивать из Марка его соображения по поводу шестилетних девочек, дефилирующих в нарядах, которые создаются для старших, более утомленных миром шлюх. “Это эротизирует ее,” – говорит Гордон. – “Она играет роль Барби.” Он делает паузу, а затем предполагает, что знает, в чем лежит секрет эротизации чего-либо:

“В этой стране есть множество людей, которые воспринимают этих малышек в совершенно ином свете.”

Марк снова добавляет в свои слова личную боль: “Прекрасная маленькая девочка.” И “Кто знает, какой бы она стала, если бы выросла.” И наконец:

Гордон: “Вы будто бы говорите о Полли.”
Марк: “Что ж, так оно есть.”

8. СКОЛЬКО ХУЕСОСОВ У ТЕБЯ ОТСАСЫВАЛИ?

И Джеральдо, и Лиза приглашали в свои программы членов семьи и друзей маленькой чернокожей девочки, известной как Девочка X, которая была изнасилована и избита. Оба ведущих хотели выразить своими ток-шоу протест против расовой дискриминации, проявленной средствами массовой информации и общественностью и выраженной в сравнительном недостатке внимания, привлеченного к преступлению против Девочки X, которое имело место в ту же рождественскую неделю, что и убийство ЖанБене.

Девочку Х оставили умирать. Оставил тот неизвестный, который изнасиловал и после избил ее на лестничной площадке одного из многоквартирных домов комплекса Кабрини Грин в Чикаго. Ей было девять лет, она училась в четвертом классе, и жила в одном из самых печально известных жилищных комплексов в Соединенных Штатах. Так что по сути преступления против детей были одинаковыми.

Джеральдо:

“Я знаю, что когда девочку нашли, ее окровавленное тело было покрыто гангстерским граффити.”

Кроме того, Джеральдо счел уместным показать видеозапись одной из школьной подруг Девочки X, только что узнавшей о изнасиловании и жестоком избиении и рыдающей на ступеньках одной из грязных проржавевших лестниц многоквартирного дома.

И в то время как гости Лизы причитали по поводу средств массовой информации, настолько свыкшихся с преступлениями, совершаемыми черными против черных, что на национальном уровне изнасилование оказалось практически незамеченным, Джеральдо уведомил свою аудиторию о том, что в Чикаго эта история наделала много шума, проинтервьюировав дикторов и репортеров, которые предоставили местным жителям столько информации, сколько было дозволено.

В отличие от ЖанБене Девочка X была законом защищена от именования или идентификации любой пленкой с записью типичной маленькой черной девочки, растущей в многоквартирном доме. И хотя и Джеральдо, и Лиза осуждали расизм, проявленный в отсутствии даже самого поверхностного освещения печального события, оба они все же вставили в свои передачи о преступлении, совершенном черным против черной, кадры с лилейно-белой ЖанБене.

Печальная правда заключается в том, что жизнь Девочки Х является более интересным для новостей материалом. Однако дикторы не могут назвать ее бесперспективную жизнь в нищете несчастной из-за всех тех, кто живет той же жизнью и смотрит телевизор. Жизнь ЖанБене оказывается лучшей порнографией, потому что на нее нет запретов.

9. КАКОВО МАКСИМАЛЬНОЕ ЧИСЛО ХУЕВ, КОТОРЫЕ ТЕБЕ УДАЛОСЬ ОТСОСАТЬ ЗА ОДИН ДЕНЬ?

На своем кабельном идущем в прайм-тайм ток-шоу Rivera Live - более респектабельном, пытливом и, на первый взгляд, менее таблоидном – Джеральдо свел родителей ЖанБене с Райаном Харрисом и Шеррис Айверсон. При эффектных обстоятельствах были изнасилованы и убиты еще две чернокожих девочки. Однако привыкшая полагаться на Джеральдо публика была обманута в своих ожиданиях, поскольку он был одержим минетом Моники Левински.

10. СКОЛЬКО БЫЛО САМОМУ МОЛОДОМУ СЧАСТЛИВЧИКУ, У КОТОРОГО ТЫ ОТСОСАЛ?

Кристофер Мейер. Десять лет.
Я храню то самое его фото (вырезанное из Chicago Sun-Times), что постоянно показывает Джеральдо. А пленка, на которой запечатлен Кристофер, играющий в гостиной до своего убийства, становится визитной карточкой специального шоу Джеральдо, посвященного хищникам, подстерегающим детей.

11. КАКОВО МАКСИМАЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО ХУЕСОСОВ, ОТСОСАВШИХ У ТЕБЯ ЗА ОДИН ДЕНЬ?

Джеральдо использовал свою шоу, чтобы привлечь внимание к преступлениям против Меган Канка, Эмбер Хаггерман и сестер Алиши и ДеЭнн Джонс, разбавляя их делами и семейной болью новости по делу ЖанБене.

12. КАКОВО МАКСИМАЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО ПАЛОК, КОТОРОЕ ТЕБЕ УДАЛОСЬ ПОСТАВИТЬ ЗА ОДИН ДЕНЬ?

Перед тем как перейти к описанию преступления против Меган Канка, Джеральдо упоминает, что в этот день начинается судебный процесс над ее убийцей Джесси Тиммендекесом.

Судебному телевидению было позволено вести прямую трансляцию только открывающего и закрывающих выступлений. Потому обвинитель Кэтрин Фликер встала перед присяжными (которых в кадре не было) и повторила для мира за экранами телевизоров признание Джесси. Хотя она пыталась оставаться профессиональной и честной, в ее храбром голосе сквозили отвращение и злость:

“Я пытался просунуть в нее свой пенис около двух минут, но так и не смог засунуть его целиком.”

“Как я ни пытался вставить его целиком, мне это не удалось, потому что она была слишком маленькой.”

“Я пытался засунуть его ей в пизду.”

“Вопрос: ‘Пытались ли вы заняться с Меган анальным сексом? Ответ: ‘Нет. Но возможно, что я соскользнул, пытаясь проникнуть в ее пизду.’”

Джеральдо раньше уже показывал фотографии маленькой пухлолицей семилетки и в подробностях рассказывал о ее изнасиловании и убийстве:

“Заведя ее в дом, он заманивает ее в спальню на втором этаже. Душит ее ремнем до потери сознания. Насилует ее. И душит ее до смерти пластиковым мешком. Затем он кладет ее маленькое тельце в ящик для инструментов и отвозит на футбольное поле в двух с половиной милях от дома, где и оставляет тело в кустах.”

13. КАКОВ БЫЛ ТВОЙ ОПЫТ С ЖЕНЩИНАМИ?

Мику Мейер пригласили, чтобы она поведала о своем чувстве несправедливости и потери.

“Это значит умирать тысячу раз на дню. Это значит жить с разорванным сердцем, которое так и не зашили.”

Джеральдо только что рассказал аудитории о маленьком сыне Мики Кристофере:

“Этого мальчика 53 раза ударили ножом в грудь и спину. Его гениталии были полностью отделены от тела.”

Затем он представил Гленду Хилл, сестру маленькой Тары Сью Хаффман, пятилетней девочки, убитой тем же человеком, который убил Кристофера.

Позже Джеральдо взорвется от гнева. За убийство Тары Сью Тимоти Басс отсидел в тюрьме всего 12 лет, а вскоре после освобождения убил маленького Кристофера. А Джеральдо держится с Глендой той же линии жестокого заботливого мужества, которой он держался с Микой, прося ее “напомнить зрителям о том, как конкретно Тимоти Басс убил вашего сына.”

Джеральдо:

“Что он сделал с вашей сестрой? Он ведь не просто убил ее….”

Гленда:

“Нет. После того как она умерла, он засовывал ей в тело палки. И… м-мм… он разбил ей лицо, и… он бил ее (начинает плакать).”

Джеральдо:

“Он отсидел 12 лет. Верно?”

В зрительном зале сидит Кэрри Мейер, сестра позднего маленького Кристофера, Джеральдо подходит к ней и просит сказать что-нибудь о своем брате. “Это не должен был быть он,” – говорит она, а камера берет в кадр Мику, которая теперь тоже рыдает.

14. ОПИШИ СВОЙ ПЕРВЫЙ ОТСОС.

Джеральдо продолжает:

“Мужчина, прогуливающий собаку, обнаружил ее обнаженное тело. Мертвенно белым личиком вниз. Плавающее в ручье в восьми милях от места, где она была похищена. Ее горло было перерезано пять раз. Вскрытие подтвердило, что Эмбер также была изнасилована.”

“Расскажите нам об Эмбер.”

Мать начинает плакать, и ее лицо замещается снимком ее девятилетней дочки, улыбающейся неровными зубами и ярко-голубыми глазами.

“Она была моей мечтой. С ней никогда не было никаких проблем. Она никому не причиняла вреда. Она была невинной маленькой девочкой.”

На экране – новое фото Эмбер с куклой в руках, сидящей рядом со своей мамой, обе улыбаются.

“Как этот человек посмел сделать такое с моей девочкой. Как он посмел.”

15. ОПИШИ ТОТ РАЗ, КОГДА ТЕБЯ ЛУЧШЕ ВСЕГО ВЫЕБАЛИ В ЖОПУ.

Вот до чего меня довели.

Я заменил фотографии и пленки с детьми, которых хуями ебут в их маленькие ротики, а пальцами – в прочие телесные отверстия, снимками когда-то ни о чем не беспокоящихся и улыбающихся крошек, сделанных до того, как случилось что-то особенное.

Потому что ЖанБене выглядит готовой, и потому что она пахнет так, словно вся исписана словами “выебана и убита” под своим туго обтягивающим промежность купальником. В этих проданных, и пожатых, и продуманных, и профинансированных я вижу не столько то, что она выглядит мертвой и изнасилованной, сколько то, что она выглядит так, словно все пальцы направлены на нее. Взрослые пальцы и взрослые рты, жаждущие пососать ее шестилетнюю пизду и позиционирующие себя в самом центре неистовой групповухи.

1. КОГДА ВЫ НАЧАЛИ РАЗЛИЧАТЬ ПОЛЫ? КОГДА ЭТО НАЧАЛО ВАС ВОЛНОВАТЬ?

Как выглядит маленькая девочка. Голой. Уязвимой. Ждущей. Выебанной. Плачущей. Позирующей для фото, которому было бы лучше находиться в художественной галерее, а не в переднем кармане джинсов, в которых я направляюсь в пивнушку.

Ни на одном из снимков, которые у меня есть, Жан Бене не выглядит агрессивной. Или капризной. На некоторых фото она смотрит не туда, куда должна, а на одном зевает.

У меня есть видео, отснятое за несколько дней до ее убийства, на котором она поет рождественские гимны, притворяется, что играет на саксофоне, и виляет своим маленьким задом. Впервые запись вышла в эфир в American Journal.

Джеральдо проиграл сообщение автоответчика Рэмси, в котором ЖанБене пищит:

“Мы чудесно проводим лето. Жаль, что вас нет с нами!”

В эпизоде 60 Minutes, вышедшем в эфир через пять месяцев после смерти ЖанБене, было показано милое вступление к одному из ее выходов на сцену:

“ЖанБене Рэмси!

Она хочет стать фигуристкой и выступить на Олимпиаде.
Ее любимая звезда: Джули Эндрюс.
ЖанБене обожает есть вишню.”

2. ЕСЛИ БЫ ВАМ ПРИШЛОСЬ УСАДИТЬ РЯДОМ С СОБОЙ ИДЕАЛЬНУЮ ДЕВОЧКУ, КАКОЙ БЫ ОНА БЫЛА? СКОЛЬКО БЫ ЕЙ БЫЛО ЛЕТ?

Где-то через семь месяцев после убийства ЖанБене денверские следователи были вынуждены обнародовать результаты (частичные) ее вскрытия. Всеобщее желание с максимальной достоверностью выяснить, домогались ли до ЖанБене или нет, было столь же определенным, сколь отчет туманным.

Все эти стервятники с добрыми намерениями, вьющиеся вокруг крошечной воспаленной шестилетней мертвой и погребенной вагины.

Вольф Блицер заменял Ларри Кинга на его ток-шоу на CNN, а его госями были уважаемые журналисты, юристы, эксперт по растлению малолетних и бывшая королева красоты, ставшая жертвой инцеста.

Чарли Бреннан (Rocky Mountain News):

Есть очень достоверные признаки того, что она перенесла травму области гениталий. И можно свести к семантической дискуссии вопрос о том, подразумевает ли травма области гениталий то, что мы обычно называем сексуальным нападением, или же она говорит лишь о том, что мы бы назвали жестоким обращением. По моему мнению, нанесение ущерба области гениталий – это сексуальное нападение, но думаю, что есть, очевидно, множество людей, склонных дать иную трактовку.

Боб Грант (прокурор округа Эдамс и частный гость Rivera Live) недоволен “человеческим аспектом” того, что преданы огласке и столь дотошно исследуются “крайне личные, частные, медицинские, живописные подробности – совсем не то, о чем хотелось бы услышать за завтраком”.

“Попросту стыдно, что память этого прекрасного ребенка оскверняется подобными вещами.”

Мэрилин Ван Дербур Атлер седлает своего конька и выговаривает Гранта. Она снова тявкает про полное раскрытие всех “интимных подробностей”, чтобы общественность могла усвоить, что “детей самым мерзким образом насилуют.”

3. В ЧЕМ БЫ ОНА БЫЛА? ПРЕДСТАВЬТЕ ЕЕ СИДЯЩЕЙ НА СТУЛЕ В ПОСМОТРИТЕ НА СТУЛ. ПОМЕСТИТЕ ЕЕ ТУДА.

Доктор Ричард Крагман (эксперт по растлению малолетних из Медицинского центра Университета Колорадо – чуть раньше в тот же день он появлялся на MSNBC News, где также обсуждал результаты вскрытия с Робертом Ресслером, экспертом по составлению профилей серийных убийц):

... и в то же время у нее на теле есть еще несколько свежих ссадин, царапин и синяков, включая ссадину на плеве, что тоже было обнаружено в ходе вскрытия. Я полагаю, что из результатов вскрытия не ясно, были ли все они нанесены в одно и то же время или же нет.

Вольф Блицер: “Так можно ли по вашему мнению, а вы в данной области эксперт, можно ли по вашему мнению сделать вывод, что до ЖанБене Рэмси домогались сексуально?”

Вольф Блицер: “Говоря о сексуальном домогательстве, ведем ли мы речь о сексуальном домогательстве в ночь убийства, или же отчет о вскрытии дает какие-то основания полагать, что оно имело место до этого?”

4. МАЛЕНЬКОГО РОСТА? ВЫСОКАЯ? КАКОГО ЦВЕТА КОЖА?

В тот же вечер Джон Гибсон замещал Джеральдо Риверу в Rvera Live. Еще одна группа юристов, журналистов и медицинских экспертов собралась для того, чтобы очередной раз разобрать маленькую бумажную пизду.

Среди тех деталей, к которым привлек внимание Гибсон, были панталоны с пятнами мочи и таинственное красное пятнышко на трусиках, в которых было дитя, когда отец обнаружил ее мертвое тело.

Джон Гибсон: “Это красное пятно говорит о чем-то определенном?”

Крэйг Сильверман (юрист по гражданским и уголовным делам): “Что ж, давайте посмотрим. Понятно, что на девочке были трусики. А уже на них – длинное нижнее белье. Типичное одеяние маленькой девочки, отходящей ко сну. Когда ее нашли, кровь была у нее на трусиках, но не на длинном нижнем белье, что говорит о том, что если сексуальное нападение имело место, кому-то пришлось ее переодеть. Что довольно странное поведение для незнакомца, который заходит в дом, совершает подобные действия, а затем переодевает ее, особенно если на панталонах были пятна мочи.”

Сирил Уэчт, доктор медицины (судебный патологоанатом и юрист, который позже станет соавтором книге о деле ЖанБене, в которой он яро отстаивает сексуальный мотив убийства и делает смущающее предположение о том, что ЖанБене умерла в результате неудачной сексуальной игры в удушение): “Я напоминаю вам, что согласно ранее разглашенной информации кровь была обнаружена на половых губах, в своде вагины, были обнаружены ссадины и ушибы, так что сексуальное нападение налицо. Готов поспорить на что угодно, что пятно на трусиках – это кровь. И вопрос заключается в том, как оно туда попало. Оно попало туда с крови на гениталиях. И мистер Сильверман совершенно верно заключил, что быть такого не могло. Чтобы пятно оказалось там, где оно было, нужно было надеть на ребенка трусика после того, как сексуальное нападение уже имело место.”

Сирил продолжает распаляться и после перерыва на рекламу в медицинских терминах описывает воспаление, и цветоизменение, и плеву, и половые губы, и наконец заключает, что возможно, что изнасилование дитя не было злобной атакой “может и не пенисом”, но скорее “контролируемой ситуацией.”

5. ПРИЧЕСКА?

Geraldo делает то же шоу, что и Rolanda, Maureen O’Boyle (In Person), Maury Povich, Jenny Jones, даже CNN Talk Back Live. Идея такова: показать маленьких девочек, входящих в небольшое число Маленьких Мисс Красота, и сказать “ни-ни” извращенной сексуальности, покончив с разговорами об убийстве и изнасиловании их наиболее известной представительницы.

Сьюзен Рук с CNN спрашивает у одной из присутствующих маленьких королев красоты, выглядящей скорее бизнес-леди, нежели Мисс Америка: “Наташа, хочешь быть взрослой?”

Маленькая одиннадцатилетняя Мисс Мичиган отвечает большими сексуальными губами, густо накрашенными глянцевой помадой:

“Не хочу. Я хочу оставаться маленькой девочкой столько, сколько это будет возможно. Потому что я просто хочу прожить свое детство, и показы – это не вся моя жизнь. Я просто хочу быть маленькой девочкой.”

Конечно, Маленькая Мисс Мичиган уже не в том возрасте. Вопрос нужно было задавать одной из меньших и младших накрашенных куколок, одетых, словно принцессы.

6. КАКОЕ У НЕЕ БЫЛО БЫ ЛИЦО?

Восьмилетняя Бриттани и девятилетняя Бриэнн дают интервью в Extra в качестве бывших подружек ЖанБене по подиуму:

“Где сейчас ЖанБене?”
“Она на небесах.”

Бриэнн также дала интервью в American Journal:

“Немного страшно, когда я, ну, далеко-далеко от моей мамы. Или моего папы. Немного страшно.”

Мать Бриэнн, Дон Джерман, также внесла свой вклад в статью в Newsweek, озаглавившую номер, “Странный мир ЖанБене”:

“Когда она участвовала в своем первом конкурсе в купальных костюмах, ей тогда было шесть, все прекрасно соответствовало возрасту. Купальники были очень миленькими, а в руках у них были пляжные мячи.”

Кэрил и Мэрилин (The Mommies) интервьюировали одиннадцатилетнюю Даллас, десятилетнюю Ребекку и девятилетнюю Эми. Мэрилин говорит, что Даллас выглядит словно “Лолита” и что она “слегка напряглась”, когда они показывали “чувственные снимки” малышек в полном макияже.

7. МИЛАШКА?

Джеральдо пролистывает копию журнала People c ЖанБене на обложке. В руках у него программа показа. И затем, на фоне фотографий сексуальной, напомаженной и кокетливой ЖанБене, скачущей в купальнике по подиуму, он начинает настоящее вступление:

“Найденная собственным отцом жестоко убитой в подвале своего дома в Баулдере, штат Колорадо. Подвергнувшаяся сексуальному домогательству перед тем, как была задушена до смерти. Но в то время как вся страна смотрела на фотографии маленькой шестилетней девочки, сидя у своих телевизоров, до людей доходило еще кое-что. Мощное послание. Была убита не простая девочка. Это была Королева подиумов. Хотя ей и было всего шесть. Вот она, на тех первых фотографиях, на которых вся страна увидела маленькую убитую девочку, занимается тем, что умела, очевидно, лучше всего: выступает. Затем был вот этот наряд. ЖанБене в своем розовом платьице в ковбойском стиле. Дефилирует по подиуму перед зрителями. Следующим был этот черно-белый костюм. Дополненный цилиндром. И снова маленькая ЖанБене выступает ради очков. Ради славы. Но ничто не взбудоражило Америку так, как вот этот снимок ЖанБене. Ее прическа идеальна. Яркая губная помада. И все это на шестилетнем ребенке. Что это было? Во что была вовлечена эта маленькая девочка? И почему ее родителя делали это с ней?”

Затем Джеральдо просит толпу приберечь свои насмешки для родителей и не обижать маленьких детей выходящих на сцену. Он представляет каждого по имени и по очереди подчеркивает очарование каждого.

Семилетняя Тэйлор.
“Как мило. Мне тоже нравится твоя корона.”
Восьмилетняя Брэнди.
“Тебя этому мама научила?”
Восьмилетняя Тесса.
“Встань и покажи им свое красивое платьице. Просто прелестно.”
Восьмилетняя Брук.
“Можешь еще раз показать мне этот взмах?”
Восьмилетняя Табита.
“Очень мило.”

8. БЫЛА БЫ ОНА СЧАСТЛИВА? ПЕЧАЛЬНА? ЧТО БЫЛО БЫ НАПИСАНО У НЕЕ НА ЛИЦЕ?

Дженни Джонс напомнила аудитории, кто такая ЖанБене. “Задушенная и изнасилованная”, а затем, “она была великолепна.”

Одна из матерей, сопровождавших своих дочурок-моделей, увела свою со сцены из-за “слишком сильного давления.” Ее звали Донна, и она говорила, что ее дочь Дайдр даже соревновалась с ЖанБене. Но теперь она была большей реалисткой:

“Больше всего я опасаюсь порнографии. Любой скользкий фотограф может проникнуть на подобный показ, они продадут вам видео с такого показа за $120. Но у них на эти видео есть права.”

9. КАКОЙ ОНА ОБЛАДАЛА БЫ ЛИЧНОСТЬЮ?

ЖанБене всегда будет шесть лет – даже хотя большинство ее снимков сделано в возрасте от четырех до пяти. И всегда она будет либо с помадой на губах, либо с изолентой, заклеивающей ее маленький пухлогубый ротик. Хотя, конечно, есть достаточно ее праздничных снимков, на которых она – лишь обычная девочка без макияжа, которую педофил захочет выебать не больше, чем любого другого доступного ребенка.

Важно держать в уме, что до ЖанБене, возможно, и правда домогались до убийства. И хотя домыслы всегда остаются домыслами, вопрос о том, как ЖанБене реагировала бы на собственные фотографии во взрослом макияже, рассчитанные на то, что либо заплатят ей, либо ее выебут, оживляет те ее снимки, которые я так бережно храню.

Могут ли маленькие девочки, демонстрирующие свои ножки и попки, едва проглядывающие сквозь разрезы узорчатых юбок, осознать, что их невинные позы и танцы могут трактоваться как грязные. Если я расскажу им, что мастурбирую на них. Если покажу им. Как думаю о таких алых губах такой маленькой девочки и представляю оглушающую боль за такими компактными косточками. Ярко-красное пятно на головке моего толстого хуя.

Педофила, тихо сидящего на пляже рядом с играющими детьми. Педофила, который просто наблюдает. И иногда отрывает взгляд от книги.

Палец, который не пролезает. Хер, который изрыгнет сперму только после того, как он потрет его ее неуклюжими маленькими ладошками, не обращая внимания на направление. Ее красное задыхающееся лицо, придающее помаде, которую ты размазал по ее тонким губам, совершенно новый агрессивный оттенок. То, как родители выставили ее на продажу. Доставив порнографию прямо мне в руки за каких-то $120.

10. БЫЛА БЫ ОНА ЧИСТЮЛЕЙ, СОРВАНЦОМ ИЛИ ГРЯЗНУЛЕЙ?

ЖанБене известна мне лишь потому, что была убита. И эта смерть – единственное, что позволяет мне видеть изнасилование, – именно изнасилование, несмотря на мерзкую тупость Сирила Уэчта, - и все те синяки, и раны, и воспаления на телах в большинстве своем старших, чем ее, и не совсем таких же.

ЖанБене – плоская. Такая, какой и должен быть ребенок в ее возрасте. Титек нет. Не сформированы. Нет сочной пизды, и ляжек, и мешков под глазами, и растяжек. Мягкая и твердая, в ней нет ничего, кроме кожи и костей. Усталая. Эгоистичная. Бугорки там, куда вскоре набежал бы жир. Подвязать здесь. Скрыть это. Больше упражнять то.

Она даже еще более плоская. Как на бумаге. Как в жалостливых речах. Как в звуковых фрагментах, и используется одиноким тобой раз за разом.

Хуже того. Я не знаю каких-либо реальных фактов или деталей о ее маленьких репродукциях, поскольку варящимися в собственном соку домыслами окружены даже ее миниатюрные объемы. Я знаю важные голоса, скользкие от грязных гипотез и соленые от бабской обеспокоенности.

11. КОГДА ВЫ ПОМЕЩАЕТЕ ДЕВОЧКУ НА СТУЛ - ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ ДЕВОЧКУ, - О Я ЧЕМ ВЫ ДУМАЕТЕ, ВИДЯ ЕЕ ТАКОЙ?

Не стану говорить вам о том, насколько все они лицемерны. По тем же причинам я не дал телефонный номер ПОМОЩИ ДЕТЯМ АМЕРИКИ – чтобы помочь вам убежать. Но если это подходит вам, и всяким судьям, и обвинению, и следователям, которые могут быть заинтересованы: прекрасно. Пожалуйста. Спасибо.

Потому что не мне этим заниматься. Холодная мораль и толстая латексная безопасность, разделяющие тех, кто говорит об этом прилюдно, и тех, кто не придает свою обеспокоенность огласке, тесно связаны с характерной для девяностых гиперзаботой о семье, а особенно о защите детей, которые должны оставаться детьми столько, сколько смогут. Я не имею детей – буквально и фигурально – и не настолько мизантроп, чтобы верить в то, что все, что говорят взрослые, обязательно должно быть заискивающим. По тем же соображениям я не верю в то, что все, что делается хорошего, делается для следующего поколения.

Но кое в чем я уверен. В том, что следующие строки из National Enquirer от 28-го октября 1997-го года больше всего пришлись по душе тем, кто мастурбирует в презервативы, думая о боли Полли Клаас, рте ее отца и вездесущей фотографии:

“Хоффман-Пью рассказала, что Жан-Бене жутко смущалась, когда кто-нибудь, включая ее дочь Ариану, видел ее голой. ‘Когда я заходила в комнату, а на ней не было верха, она строила рожицу и, быстро сложив руки на груди, отворачивалась от меня,’ – вспоминает домохозяйка.”

“Было очевидным, что она была насторожена и не хотела, чтобы кто-нибудь видел ее грудь даже несмотря на то, что она была совершенно неразвита.”

12. О ЧЕМ ЕЩЕ ВЫ ДУМАЕТЕ?

На своем втором снимке в фотоальбоме Лорен Гринфильд Перемотка вперед (взрослея в тени Голливуда )десятилетняя Эмили, маленькая богатая девочка-супермодель, позирует перед зеркалом в ванной комнате какого-то фешенебельного отеля. На ней тот же сексуальный розовый купальник, что был на ней на предыдущем фото, но на этот раз он сухой. Ее попка отставлена, ее длинные каштановые волосы спадают назад сексуальной волной, она выглядит так, словно у нее начинает расти грудь. Но, вероятно, она просто слегка пухловата. Ее розовые губки не выглядят такими розовыми и полными, как на том снимке, где она закрывает глаза и нежится в бассейне. Она говорит:

“В ванной, там везде зеркала, как я и люблю. Это так здорово, потому что я могу провести пять часов, смотрясь в зеркало, и возясь с волосами, и позируя самой себе. Я хочу быть моделью для журналов, и видео, и ТВ-шоу, и всякого такого.”

13. А ЕЩЕ О ЧЕМ?

В 1998-ом году Джеральдо дал интервью для октябрьского номера Playboy. Его спрашивали о том, почему он назвал свою шоу на CNBC “протокольной программой” в отношении дела ЖанБене, и о его к нему “неугасающем интересе”.

Перед нами жертва, обессмерченная домашним видео, так что у всех нас есть шанс увидеть это дитя в жестоко искусственном мире, созданном ее родителями. Помощник окружного прокурора из Денвера предположил, что жестокое обращение с девочкой проявлялось в том, что ее родители эксплуатировали ее. Так что мы уже жалеем ее и проклинаем родителей еще до убийства. Такова предыстория этого убийства – эксплуатируемый ребенок, родители которого являются объектами нашего презрения.

В примечании к своей книге Эротичная невинность: культура растления малолетних Джеймс Р. Кинкейд здраво рассуждает:

[ЖанБене] еще раз проскакала для нас по экрану, и спела, и станцевала шуточный стриптиз, а мы валим всю вину на вульгарных родителей, жадность или ‘Юг’. Разумеется, никто не сумел выдумать связь между показами и мерзким убийством, взволновавшим общественность, ну и что?

Сейчас существуют законы, которые могут определить детскую порнографию (простое владение которой является уголовным преступлением) скорее как действие, как документ, а не просто как запись детей, каким-то образом участвующих в явных и прямых действиях сексуального характера. Личностный фактор под вопросом. По словам Энн Хайгоне из ее книги Картинки невинности: история и кризис идеального детства:

Если кто-то, хоть кто-то, сможет углядеть сексуальность любого рода в каком-либо изображении ребенка, это изображение можно рассматривать как порнографическое, а его создателю, распространителю или обладателю могут грозить $100,000 штрафа и 15 лет тюрьмы.

14. НА НЕЙ ЮБКА, НО НЕТ ТРУСИКОВ, ТАК ВЕДЬ?

Основное применение детской порнографии – бороться с детскими комплексами. Показывать детям снимки других детей, делающих то, чего от них хотят.

Накрасься этой помадой, лапочка. Так, как это делает мамочка. Как маленькая ЖанБене.

The Examiner от 22-го апреля 1997-го года:

Из достоверных источников стало известно, что еще до того как ЖанБене была убита, ее пиратские снимки и видео с конкурсами красоты невинных детишек стали мощным хитом в среде больных педофилов, проводящих часы приклеенными к мониторам с детским порно из Интернета.

The Star от 29-го апреля 1997-го года (из разоблачительного материала ПАПА ЖАНБЕНЕ СВЯЗАН С ДЕТСКИМ ПОРНО):

Девочки, выглядящие на 10-12 лет, участвуют в половых актах, включающих оральный секс, друг с другом и с мужчинами.

Связанных девочек с кляпами во ртах, не достигших и десяти лет, бьют плетками и пытают.

Девочка не старше 13-ти лет с головы до бедер обвязана кожаными лентами и подвешена на цепи. На одной из цветных фотографий она выглядит мертвой.

15. ЧТО ВЫ ХОТИТЕ ЕЙ И С НЕЙ СДЕЛАТЬ?

Для небольших жизненных сцен телеверсии книги Идеальное убийство, идеальный городок была создана кукла ЖанБене в ее натуральный шестилетний размер и нанята восьмилетняя актриса.

В The Globe от 7-го марта 2000-го года были опубликованы 28 кадров из фильма, во всех из них присутствовали сексуальные дублеры убитого ребенка. Восьмилетняя девочка с ярко напомаженными губами, улыбкой и крепкими модельными ножками и попкой:

“Дайенн показывает свое актерское мастерство в костюме под ЖанБене. По свидетельствам очевидцев она очень натуральна.”

И

“Дайенн изображает милую невинность ЖанБене до того, как произошла трагедия.”

Манекен же использован в сценах преступления, вскрытия (неглиже за исключением удобно сидящих розово-белых детских трусиков) и похорон. Кукла на развороте – с крошечными бледно-серыми сосками и малюсеньким вагинальным пятном крови в том самом месте; с удавкой, все еще обернутой вокруг детской шейки, и закрытыми глазками, и своим вечно накрашенным и улыбающимся в камеры личиком, теперь раскрашенным и слепленным так, чтобы были заметны кровоподтеки и поврежденная мертвая кожа, – это реклама, правдоподобие, дешевое визуальное подспорье, замена детскому порно, а главным образом – большая и лучшая детализация.

“Глядя на эту сцену, трудно поверить, что тело малышки – в действительности манекен.”

И

“Для достоверного воссоздания событий режиссер Шиллер получил доступ к настоящему месту преступления и информации, полученной в ходе вскрытия, хотя секреты следствия все же остались сохранены.”

Сравните – как побуждает вас The Globe – куклу в ее гробу с фотографией ЖанБене в короне, которую хранила ее мать.

И сравните все это с заглавным материалом Time от 11-го декабря 1995-го года, на обложке которого можно увидеть другую шестилетнюю девочку в своем детском белом гробу, тоже в короне (на этот раз из белых цветов), тоже в белом шелке и с бесполезными пушистыми плюшевыми игрушками. И еще один журналист вскарабкался на пригородное беличье колесо, перемалывающего каждого мертвого ребенка в еще одну драгоценную подарочную куклу, сказочную принцессу, невинность, волшебную память о сексуальной неприкосновенной выебанной взрослыми печали:

“Элиза Изкуердо любила танцевать, что само по себе почти слишком идеально. В сказках, особенно тех, в которых встречаются принцессы, часто танцуют, хотя, наверное, и не любимый танец Элизы меренге. Сказочные принцессы рождаются скромными. Под этот пункт Элиза попадает: она была зачата в ночлежке, которая находится в части Бруклина под названием Форт Грин, и родилась с зависимостью от крэка. То, что несмотря на это у Элизы была особая, волшебная аура знает теперь весь Нью-Йорк.”

И

“Однако сказочных принцесс не колотят до смерти собственные матери. Их не насилуют зубной щеткой и расческой, и их соседи не слышат по ночам их стоны и мольбы.”

Маленькие куколки из детского порно с открытыми европейскими лицами остаются безликими из-за отсутствия полной информации. Можно надеяться, что сегодня у нее во рту хуй ее папаши, а может и богатого насильника со счетом в мотеле и связями с торговцами крэком, но до того, как в новостях появится соответствующий репортаж, – особое внимание обратите на освещение смерти королевы детского порно Тиа Памбрек – все, что у вас в действительности есть, - это ваш вкус и простейшее осознание главенства инстинкта над желанием, эстетики над человечностью, эротики над порнографией.

Есть матери-идиотки, которые перепутают кадры из фильма со снимками с настоящего места преступления, они даже безнадежнее, чем усталые извращенцы, изнуряющие себя сравнением того, что у них было в семидесятых, того, что есть у них на компьютерах, и того, что лежит под кроватью. Есть крупные планы куклы. Есть подробности преступления в газетных заголовках. Маленькая шлюшка изрисована надеждой и чистотой. Маленькая кукла раздета и намазана человечностью, и уязвимостью, и теплой тоской по дому. Грязные картинки вплетаются в новости, и в тайну, и в навязчивые мучительные ебанутые идеи, вымазанные в безопасной апатии из супермаркета.

Прекрасно.
Лучше.
Я знаю, что в большинстве своем это ложь. Но тогда мне, в общем-то, по хую, кто убил маленькую ЖанБене. Пока еще. В данный момент.